Внешние структуры и взаимодействие

Материал из
Перейти к: навигация, поиск

Попробуй вспомнить свой набор или любой другой набор, который ты видела. Там новичкам рассказывают о том, что Унисон работает ВОЖАТЫМИ в детских лагерях и угорает по факультету. Именно под этим «соусом» люди приходят в отряд. Довольно много людей приходит, чтобы работать вожатыми. Я считаю, что это правильно и нормально (как и нормально приходить не только за этим, но это не относится к тебе обсуждения). Разве я не прав относительно того, чем представляют отряд на наборе? И ведь Унисон именно этим и занимается! Работа в лагере, отрядная подготовка к ней и мероприятия на факультете — вот главные задачи Унисона. Всё остальное — побочное. Разве не так?

Когда человек приходит в Унисон, он приходит вовсе не в МООД РСО, не городской Штаб, а в конкретный отряд к конкретным людям. В какой момент, по-твоему, у него должно возникнуть желание участвовать в третьесортном городском концерте, который делается во многом для отчетности перед бюрократами из комитета по молодежной политике?

Мы не подставляем наших комов, потому что наши комы не обещали участие Унисона. А если обещали, то это они подставили нас, не спросив желающих.


Рассмотрим виртуального «меня». Я прихожу работать с детьми, вожатым. Возможно, делать открытие недели ф-та и день первака, потому что я люблю свой факультет. Но мне совершенно не волнуют не комитет по молодежной политике и городской штаб (который создан отрядами для того, чтобы обслуживать нужды отрядов — а не наоборот). Мне совершенно наплевать на все городские мероприятия, я на них не хожу и в них не участвую. Я плохой вожатый? Я плохой боец Унисона? Что со мной не так? Унисон 10 лет не участвовал ни в каких штабных и вообще межотрядных взаимодействиях. При этом у отряда был тот же девиз, те же цели и задачи, что сейчас. Что в этом плохого?


Смотри: я согласен с тем, что быть бойцом отряда — это ответственность. Это моральная обязанность принимать участие в жизни отряда. Это бесспорно!

Но что такое отряд? Это люди в нем. Что такое жизнь отряда? Это то, что интересно бойцам. Если ФСО не интересен бойцам (а с чего бы ему, собственно, таким быть?), то ФСО — это не жизнь отряда. Отряд у нас, к счастью, педагогический. И большинству интересна работа в лагере. Еще кому-то на факультете. Это я слегка повторяюсь, я знаю

Так вот: если кто-то не работает в лагере и ничего не делает на факультете, то он «плохой боец». Если все игнорируют лагерь, то отряд перестает быть педагогическим. Но если все игнорируют межотрядные мероприятия, то что происходит? Правильный ответ — ничего Мы всё равно остаемся прекрасным педотрядом и участником матмеховской студенческой движухи.

Межотрядное движение — это лишь небольшое дополнение к отрядной жизни. И если всем в отряде до неё нет дела - то ничего страшного я не вижу. Более того: я вообще не понимаю, зачем тратить время на межотрядную деятельность, когда не всё сделано в отряде. У нас на сборы-то отряд не собрать, к набору готовиться надо, а ты про ФСО говоришь!

Небольшое отклонение от темы. В последние годы у городского штаба есть тенденция к превращению СОшной тусовки в «движение ради движения». По сути, насколько я могу судить, ГШСО таким образом просто «набирает вес» — больше мероприятий, больше отчетов, больше требований. Несколько лет назад собрания ГШСО проходили пару раз в год, и я не могу сказать, что кто-либо от этого страдал. 2/3 комсоставов вообще не ходили на сборы ГШСО. А сейчас эти сборы, как я понимаю, чуть ли не раз в месяц проходят и там обсуждают всякие «важные вопросы». Как результат этого процесса — у части бойцов формируется отношение к штабным мероприятиям как к чему-то обязательному, вот как у тебя например сейчас


Движение студенческих отрядов (на всех уровнях) имеет два вектора развития. Один вектор это грубо говоря «давайте ездить в лагеря/на стройки, хорошо проводить время вместе, быть друзьями и получать удовольствие от жизни», а второй это «движение СО должно расти, а для этого нужны деньги, помещения и поддержка от государства и/или вузов».

В разное время и на разных уровнях (отряды, штабы вузов, городской штаб) тот или иной вектор оказывается главенствующим, а второй — проигрывающим.

Основа конфликта между этими двумя векторами состоит в том, что для получения денег, помещений и всяческих льгот нужны две вещи:

  1. Быть формальной структурой с кучей документов, бумаг, положений, уставов, Правлением, ежегодными (а то и чаще) отчетами о количестве членов и деятельности, а также прочими бюрократическими штуками. Государство очень не любит давать деньги «просто хорошим ребятам, которые собираются в 2506 каждый понедельник и четверг».
  2. Предоставлять что-то взамен на финансирование. То есть сотрудник условного комитета по молодежной политике должен отчитаться своему начальству о том, что он сделал что-то полезное. А для этого студотряды должны сделать что-то, что государство считает понятным и правильным, а главное — измеримым. Например, выйти на какой-нибудь парад в количестве N человек. Тогда чиновник сможет написать «вот мы профинансировали ГШСО, а они поучаствовали в Дне Города и спели Яростный Стройотряд со сцены, было 85 человек». Надо ли говорить, что «типичная» деятельность студотрядов плохо вписывается в государственное понимание «понятного и правильного»? Провели Бегущий Петергоф, съездили на осеннюю смену, сыграли в ролевку, сделали крутой набор, съездили на слет для обмена опытом — это всё важно для отрядов, но неважно для государства, так как не видно остальному обществу (а парад виден).

Выполнение этих двух требований, по мнению противников этого вектора развития, лишает отряды души — всё заворачивается в строгие и детальные правила, а солидную часть мероприятий отряд проводит, потому что «надо».

В среднем на уровне отрядов исторически были сильны настроения «против формализма и указок сверху», а в государстве (комитет по молодежной политике, ректораты вузов и т.п.) очевидно были сильны настроения «кто вы вообще такие, где ваши документы?» и «а что вы можете сделать для нас в обмен на помещения и деньги?»

ГШСО исторически пытался быть посредником между этими двумя полюсами и как-то убеждать и тех и других идти на компромиссы. Во времена, когда создавался ЗСПО «Вожатый» (позднее ставший РСПО), в ГШСО создался перекос в сторону защиты интересов администрации города, а не студотрядов и ЗСПО создавался в качестве противовеса ГШСО, как организация, которая должна была быть 100% на стороне вожатых. Зональный СтройОтряд появился позже, и я полагаю чисто для симметрии хотя откуда мне знать

Ах да, еще одним поводом для создания ЗСПО было желание педагогов иметь свою организацию, независимую от строевиков. В те времена (не знаю как сейчас), ССО были очень хорошо организованы и очень активны, в том числе и в ГШСО: у них были очень «громкие» голоса, и педагогом было сложно убеждать городской штаб тратить ресурсы на дела педагогов.

Что касается РСО, то как вы наверное понимаете, это самая официальная-официальная организация студенческих отрядов, которую государство очень понимает и наверняка любит. Организация очень формальная (просто покликайте по разделу Документы у них на сайте — там сотни страниц! или посмотрите, сколько человек входит в Руководящие органы) и весьма бюрократическая (посмотрите их текст О нас и сравните с тем, что, например, Унисон пишет о себе).

Строго говоря грань между ГШСО и петербургским региональным отделением РСО очень тонкая. Но тем не менее я не понимаю, что значит «РСО до сих пор не поглотил ГШСО».


Я не думаю, что горштаб что-то именно должен — это добровольное объединение людей, а которому добровольно «подчиняются» студотряды. Если с завтрашнего дня ГШСО прекратит работать с нечленами РСО, это вызовет много вопросов и недовольства, но никаких своих обязанностей ГШСО этим не нарушит. Работа со всеми отрядами — это добровольное решение ГШСО, а не его долг.

Ситуация же скорее такова: есть ГШСО, который по факту работает со всеми отрядами (в том числе нечленами РСО), есть РСО, как общероссийская организация. РСО нужен штаб в Петербурге, и РСО приходит к ГШСО и говорит «давайте вы будете нашим штабом в СПб и будете отвечать за работу с членами РСО», на что ГШСО соглашается и члены штаба назначаются («по совместительству») руководителями петербургского отделения РСО. То есть виртуально как бы есть штаб как ячейка РСО и штаб как неформальное объединение всех студотрядов Питера, и строго говоря эти функции не связаны (то есть ГШСО может в любой момент прекратить быть ячейкой РСО или прекратить быть неформальным штабом — совершенно независимо друг от друга). Поэтому я и написал выше (кстати, приведя ту же ссылку, что и у тебя в посте), что граница между РСО и ГШСО очень тонкая. Но тем не менее это разные структуры.


Я концептуально согласен с Наташей: мне кажется, что всяческие «конференции», «парады», «отчеты» и прочие вещи, устраиваемые для того, чтобы подружиться с чиновниками, выгодны только (или в основном) чиновникам, но не отрядам. Они получают финансирование и премии на основе количества пришедших людей, написанных бумажек и т.п., а отрядам (в частности, Унисону) не достается (почти) ничего. Всю мою сознательную жизнь были люди, которые хотели, чтобы отряды что-то делали в показушных целях, обещая золотые горы впоследствии, но никогда Унисон ничего стоящего (соразмерного усилиям) не получал. На моей памяти, было два устойчивых и взаимно-продуктивных взаимодействия Унисона с внешним миром — работа с матмехом (открытие, петергофская осень. посвящение, день первокурсника, …) и работа с шайбой (день детской книжки, новый год для детей сотрудников шайбы, …). Заметьте, что в обоих случаях вся активность были реальной и прямо по профилю Унисона (выступления, мероприятия и работа с детьми).

При этом шествия, выступления для «видных людей», и прочая очевидно непрофильная деятельность никогда (при мне) не приносила ничего. Вообще.

Еще до того, как я стал командиром, я ходил по кабинетам Комитета по Молодежной Политике Администрации СПб, писал письма Вербицкой и общался с проректорами СПбГУ о всяких бонусах для Унисона (и это только мой скромный опыт — я уверен, что многие делали и делают гораздо больше). Все эти (и другие) люди хотели документы, справки, номинальное присутствие и размахивание флагами на фотокамеру, но никогда ничего не давали взамен Возможно, конференция СО СПбГУ это именно тот уникальный случай, когда всё не так, и время бойцов и кандидатов, потраченное на удовольствие чиновникам, принесет плоды, но мне кажется, что мне так уже казалось раз десять как минимум